Тайны Зубовской губы и древние петроглифы
Утро второго дня дарит бодрость вместе с прохладным ветром. Перейдя реку Пяйве, маршрут выводит путешественников к одному из самых загадочных и сакральных мест всего Кольского полуострова — Зубовской губе. Здесь сосредоточено столько археологических загадок, что это побережье по праву называют уникальным музеем под открытым небом, раскинувшимся под открытым арктическим небом.
Шагая по здешним местам, буквально физически ощущаешь дыхание веков. На скалах и прибрежных камнях сохранились древние наскальные рисунки — петроглифы, оставленные людьми каменного века. Рядом с ними соседствуют древние захоронения, загадочные могилы викингов, некогда бороздивших эти северные моря, и священные камни-сейды, почитавшиеся саамами. Здесь стирается грань между эпохами: кажется, что из-за ближайшего валуна вот-вот появится дракар древних мореплавателей или кочевники прошлого разожгут свой костер.
Далее путь пролегает вдоль самой кромки Баренцева моря. Пейзаж меняется с калейдоскопической быстротой: суровые обрывистые скалы сменяются уютными песчаными пляжами, изумрудные тундровые поляны уступают место темным базальтовым россыпям. Проходя мимо заброшенного поселения Зубовка и мыса Лазарь, путешественники ощущают всю мощь океанского прибоя. Завершается этот насыщенный день у живописных берегов реки Средней, где в сумерках разбивается уютный лагерь.
Дикие бухты и безмолвие горы Чёрной
Третий день похода — это царство первозданной дикости. Тропа продолжает виться вдоль побережья Баренцева моря, открывая взору скрытые от посторонних глаз дикие бухты, куда волны веками выносят гладкие обломки скал и причудливые коряги, выброшенные штормами.
Ощущение абсолютной оторванности от большой земли здесь становится всеобъемлющим. Мобильная связь давно исчезла, вокруг — лишь бесконечная синева воды, сливающаяся на горизонте с тяжелыми северными облаками, и величественные сопки. Преодолев реку Зубовку и обогнув мыс Лазарь, группа подходит к подножию горы Чёрной.
Мрачные, величественные склоны Черной возвышаются над побережьем, словно древние стражи Арктики. Установка лагеря под ее защитой наполняет вечер особой атмосферой. Шум прибоя здесь звучит как мощная симфония, под аккомпанемент которой рождаются самые яркие походные разговоры и крепнет настоящая командная дружба.
Цып-Наволок
Четвертый день ведет путешественников на самую северную оконечность полуострова Рыбачий — к мысу Цып-Наволок. Этот исторический район на протяжении столетий был перекрестком путей поморов, русских купцов, норвежских и европейских мореплавателей.
Дорога пролегает мимо мысов Логнаволок и Лауш. Внимание привлекает заброшенный военный объект — монументальный веерный радиомаяк, чей футуристический силуэт резко контрастирует с дикой природой тундры. Когда-то он помогал кораблям ориентироваться в непростых водах Баренцева моря, а сегодня стал памятником холодной войне и эпохе освоения Севера.
К вечеру экспедиция выходит к самому Цып-Наволоку. С возвышенности открывается потрясающий вид на острова Большой и Малый Аникиев. Именно на Большом Аникиеве находится одна из главных исторических жемчужин региона: на каменных плитах высечены имена, инициалы и даты, оставленные русскими и европейскими мореплавателями, купцами и исследователями еще с XVI века. Читая эти выбитые в граните свидетельства человеческого присутствия сквозь столетия, осознаешь себя частью бесконечной цепи поколений, бросавших вызов суровому северу. Ночевка организуется у гостеприимных берегов реки Аникеевой.
Величественные Городецкие птичьи базары
Пятое утро знаменует начало одного из самых эмоциональных и ярких дней всего маршрута. Цель перехода — легендарные Городецкие птичьи базары. Уже за несколько километров до них воздух наполняется особым звуком — многотысячным, непрекращающимся птичьим гамом, гулом и криками, которые эхом отражаются от скалистых берегов.
Когда тропа выводит к обрыву, взору открывается поистине грандиозное зрелище. На протяжении нескольких километров отвесные вертикальные скалы, обрывающиеся прямо в пенящиеся волны Баренцева моря, буквально облеплены пернатыми обитателями. Здесь гнездятся колонии кайр, моёвок, гагарок и других морских птиц.
Сотни тысяч птиц кружат над водой, взмывают в небо и возвращаются на узкие скальные уступы. Это живое, пульсирующее море перьев поражает воображение. Наблюдать за жизнью птичьего базара можно бесконечно: здесь кипят нешуточные страсти, высиживаются птенцы, ведутся воздушные бои за лучшие места. Величие этого природного феномена оставляет неизгладимый след в душе каждого участника.
Тайны ручья Корабельного и следы древних китобоев
На шестой день маршрут сворачивает в сторону от популярных троп, уводя группу в дикие, неизведанные уголки полуострова, куда крайне редко забредают случайные туристы. Здесь, у ручья Корабельного, Рыбачий раскрывает свои самые сокровенные тайны.
Археологические находки здесь поражают воображение: на берегах были обнаружены десятки древних захоронений людей каменного века, загадочные каменные сооружения культового назначения и следы масштабной древней охоты на китов. Прошлое этого края наполнено драматизмом и выживанием в экстремальных условиях.
Особое удивление вызывает историческая находка XIX века — массивная каменная плита с высеченной надписью, увековечившая память о трагическом кораблекрушении, случившемся в здешних водах много лет назад. Стоя у этой плиты, в окружении дикой тундры и свинцовых волн, особенно остро чувствуешь хрупкость человеческой жизни перед лицом стихии и силу исторической памяти.
Гармония Моче-губы и Эйна-губы
Седьмой день дарит одни из самых живописных и кинематографичных пейзажей за всю экспедицию. Спускаясь с пологой сопки, путешественники замирают от открывшейся панорамы: перед ними лежит Моче-губа. Само название этой бухты, происходящее из финского языка и переводимое как «красивая», полностью оправдывает себя с первых секунд созерцания.
Тропа ведет вдоль узкой горной реки с отвесными, почти каньонообразными берегами, создающими миниатюрный, но невероятно выразительный северный каньон. На пологих участках берега до сих пор можно обнаружить следы старых поселений: полуразрушенные фундаменты построек, элементы старинной домашней утвари, ржавые снасти. Это безмолвные свидетели жизни финских колонистов и поморов, некогда обживавших эти суровые берега.
Дальнейший путь приводит группу к Эйна-губе — жемчужине полуострова Рыбачий. В начале XX века здесь процветало поселение финских колонистов. Окруженная защищающими от ледяных ветров сопками долина славилась богатейшими пастбищами, ягодниками и изобилием рыбы в реках и море. Сегодня здесь царит умиротворяющая тишина, на фоне которой лагерь у Эйна-губы становится идеальным местом для отдыха после насыщенного перехода.
Панорамы с высоты Мотки и мыс Литке
Восьмой день — финальный аккорд пешеходной части путешествия. Путь лежит через величественные горы Мотка и Рокопахта. Подъем на хребты требует волевых усилий, но открывающаяся с вершины панорама окупает любые трудности сторицей.
С высоты птичьего полета видны оба полуострова — Рыбачий и Средний, изрезанная синими заливами береговая линия, просторы бухты Большая Мотка и бескрайняя, сияющая на солнце гладь Баренцева моря, уходящая за линию северного горизонта. Эти места насыщены историей: здесь находили стоянки древних людей, кипела жизнь финских поселенцев, а в годы Великой Отечественной войны гремели ожесточенные бои и действовала мощная советская артиллерийская батарея, защищавшая заполярные рубежи.
К вечеру уставшие, загорелые, просоленные океанскими ветрами участники достигают мыса Литке. Здесь пешая часть экспедиции завершается. Вечерний костер на берегу звучит особенно проникновенно: каждый делится своими главными открытиями и эмоциями за прожитые дни.
Дорога домой
Девятый день встречает утренней суетой сборов. Палатки сворачиваются, рюкзаки упаковываются в последний раз. На заброшенный берег прибывает долгожданный внедорожный транспорт, готовый домчать путешественников обратно на большую землю.
Дорога в Мурманск пролетает в молчаливом созерцании. За окном проносятся сопки, тундра и реки, ставшие за эти дни родными. В памяти яркой калейдоскопической лентой прокручиваются километры пройденного побережья, древние петроглифы Зубовской губы, оглушительный птичий гомон Городецких скал, имена мореплавателей на камнях Цып-Наволока и бесконечное, величественное Баренцево море.
Полуостров Рыбачий невозможно просто «посмотреть» или изучить по путеводителям. Это земля, которую нужно пройти своими ногами, прочувствовать каждой клеточкой тела, впустить в свое сердце. И тот, кто однажды прошел по этим суровым арктическим берегам, навсегда оставляет частичку своей души у кромки северного прибоя, возвращаясь домой совершенно другим человеком.